Как перестать жить спокойно и начать беспокоится - 2

Начало тут

Для того чтобы определить, каким должно быть образование будущего, неплохо бы спрогнозировать, каким будет это будущее. Этому очень сильно вредит примитивно понимаемая эволюционная теория, согласно которой развитие представляется как линейное накопление свойств. Однако, как я уже писал выше, количественные изменения приводят, рано или поздно, к изменениям качественным.

Так, в биологии есть понятие "эффект кворума" ─ это возникновение новой системы регуляции внутри колонии, а также способность колонии влиять на характеристики окружающей среды, которая появляется при достижении некоторой пороговой плотности особей в группе. Действие этого эффекта испытывали на себе многие, попав в толпу.

Если проанализировать развитие бактериальной культуры, можно получить некоторое представление о закономерностях, свойственных надорганизменным системам ─ социумам.
[cut]
Изначально равномерно рассредоточенные по субстрату бактерии, по мере истощения ресурсов, начинают образовывать колонии.


На этом этапе клетки каждой колонии начинают выстраивать собственную инфраструктуру, производя биополимерный матрикс, выполняющий:

• структурообразующую роль. Благодаря матриксу колония состоит, строго говоря, не из одиночных клеток, а из субколониальных ассоциаций. К структуре матрикса относятся также полые трубочки из внеклеточных полисахаридов и других биополимеров – предполагаемые микроканалы для транспорта веществ. Помимо этого, через подобные трубочки мигрируют клетки колоний.
• защитную (протекторную) роль. Обволакивающий клетки матрикс выступает как буферная внутренняя среда колонии, предохраняющая отдельные клетки и колонию в целом от неблагоприятных воздействий извне (высыхание, нагревание/охлаждение, атака гидролитических ферментов и др.).
• коммуникативную роль. В матрикс выделяются и по нему распространяются химические сигнальные вещества, в том числе служащие для оценки плотности собственной популяции.

Таким образом, структура колоний микроорганизмов служит зримым отражением её сложной многоуровневой социальной организации, включающей коллективные, охватывающие всю колонию формы поведения, когда "воля индивида" (клетки) подчиняется "воле коллектива".



Поистине, бактерии, хотя и представляют собой одноклеточные организмы, являются социальными существами, которые формируют многоклеточные ассоциации с ярко выраженным групповым эгоизмом, выражающемся в появлении принципа "свой / чужой", разделении социальных функций и возникновении межколониальной конкуренции.

По мере роста колоний плотность микроорганизмов в среде и их связность увеличиваются настолько, что срабатывает следующий уровень эффекта кворума. На этом этапе колонии сливаются в бактериальную плёнку. Это позволяет клеточному социуму ещё более оптимизировать потребление ресурсов при условии выживания максимального количества особей.



Такой переход обуславливает качественные преобразования социума и инфраструктуры, часто имеющие катастрофический характер. Кроме принципиальной перестройки матрикса, т.е. инфраструктуры жизнеобеспечения социума, в этот период наиболее ярко проявляется массовый апоптоз, т.е. программированная гибель отдельных клеток в интересах популяции в целом. Централизация, характерная для колоний, сменяется сетевой кооперацией.

Известно, что подобные процессы характерны также для большинства насекомых и других социальных животных. Нетрудно заметить, что описанное напоминает то, что принято называть глобализацией, а, значит, касается и людей.

Итак, человечество в своём развитии подошло к фазе перехода от иерархично организованных, разрозненных и конфликтующих из-за ресурсов национальных государств (колоний) к глобальной инфраструктуре, актуальными проблемами которой будут:

• Сетевая кооперация
• Отказ от стремления к безусловному лидерству (в том числе и идеологическому)
• Отказ от создания локальных сверхсложных и энерго/ материалоёмких технических систем в пользу распределённых
• Отказ от идеи ВЛАСТИ в пользу идеи УПРАВЛЕНИЯ
• Отказ от централизации инфраструктуры (столичности) в пользу развития инфраструктуры периферии
• Смещение акцентов в потреблении с материального на информационное (голливудизация сознания)
• Оптимизация и совершенствование спекулятивной экономики
• Изменение принципов управления социумом – отказ от политики, как основного инструмента такого управления

Многое из этого списка выглядит сейчас неестественным и диким, но в этом-то и заключается проблема современного образования – оно не проективное, а ретроспективное, оно призвано насаждать устаревшие ценности, так как они проверенны временем. Однако в период цивилизационного кризиса именно такие ценности и не работают.

Понятно, что указанные проблемы не могут быть решены в течение нескольких лет и даже десятилетий. Мне представляется, что острая фаза глобализации закончится где-то около 2125 года. Именно тогда возникнет следующий цивилизационный кризис со своим набором проблем, характерных для экологического (сукцессионного) климакса.[/cut]

38 лет кризиса прошло, что дальше?

ЧЕРЕЗ ПОСТИНДУСТРИАЛЬНЫЙ БАРЬЕР

Ипотечный кризис 2008 года интересен хотя бы и "разночтениями": одни придают ему судьбоносный характер, вспоминают депрессию 1929 года и прозрачно намекают, что "повторение пройденного": кризис—рецессия—война, — еще не худший вариант, другие вообще отказываются признавать его существование.



Попробуем разобраться.

Любая экономическая модель развивается через ряд последовательных кризисов. Собственно, их преодоление — и есть развитие. Такие кризисы естественны и почти для всех полезны, а если кому не повезло, так на то и щука в море…
[cut]
Гораздо более серьёзны кризисы самой экономической модели, другими словами, форматов производства и потребления. Смена модели занимает примерно десятилетие, в течение которого всё мировое хозяйство непрерывно лихорадит. Как правило, приходится менять также институциональные и инфраструктурные решения, и хорошо, когда всё это удается совершить без "высокотехнологичной деструкции устаревших экономических механизмов", то есть без войны. Во всяком случае смена модели непременно сопровождается сменой мирового лидерства и изменениями во всех социосистемных процессах.

Далее начинаются сомнения в правильности тех принципов, на основании которых создаются схемы, формы, форматы и институты — кризис оснований модели. Это уже революционная ситуация по В.Ленину: верхи не могут, низы не хотят, производительные силы в конфликте с производственными отношениями, эпоха на переломе, Сатурн в созвездии Весов… Результатом, как правило, оказывается смена общественно-экономической формации, что подразумевает "петлю гистерезиса": революция-контрреволюция-реставрация, — и растягивается надолго.

Наконец, бывает фазовый кризис, когда теряют смысл самые, казалось бы, незыблемые представления о хозяйстве и хозяйствовании, и оказывается, что экономика — вовсе не то, что мы всегда понимали под этим словом. Например, не охота на мамонтов, а возделывание полей. Таких кризисов в истории было всего два, а сколько-нибудь проанализирован только один, последний: античный кризис традиционной фазы развития. Границы этого кризиса можно оценивать по-разному, но не подлежит сомнению, что в любом случае речь идет о столетиях.

В общем-то, вряд ли стоит удивляться тому, что чем серьёзнее кризис, тем дольше он продолжается. Что, кстати, означает и некий оптимизм: тем медленнее он развивается.

Здесь я хочу проанализировать процесс нарастания современного постиндустриального фазового кризиса и сценировать возможные пути его дальнейшего развития.

Я считаю, что ведущим процессом (драйвером) последних десятилетий является процесс постиндустриального перехода в развитых странах. Я полагаю, что этот процесс ускоряется по мере того, как исчерпывается свободное пространство капитализации, и ограниченность размеров земного шара начинает оказывать всё более заметное влияние на работу экономических механизмов.

Как обычно, отыскать начало постиндустриального кризиса, определить тот день, когда человечество столкнулось с фазовым барьером, не представляется возможным. Впрочем, в данном случае мы можем указать пятилетний интервал, что для такой задачи можно считать достижением. Лето 1969 года, когда весь мир следил за шагами Нейла Армстронга по Луне, несомненно, является вершиной индустриальной фазы. А осенью 1973 года мы уверенно диагностируем первый из постиндустриальных кризисов, то есть влияние барьера уже очень и очень заметно.

Возможно, мы не ошибемся, назначив столкновение "Титаника" цивилизации с постиндустриальным айсбергом на 1970-й год — тем более, что где-то около этой даты началось падение производительности капитала, во-первых, и резко изменились темпы технического прогресса, во-вторых.

После полёта Юрия Гагарина президент США дал своему народу обещание побывать на Луне "до конца этого десятилетия". Между прочим, в тот момент у Америки не было приличного носителя даже для вывода корабля на низкую околоземную орбиту. Ничего, за семь лет справились.

Года три или четыре назад, в промежутке между Ираком и Афганистаном, Дж.Буш сказал, что на Луну надо бы вернуться. Вроде бы и опыт есть, и технологии за прошедшие сорок лет развивались, а в проектировании и моделировании вообще произошла революция. Но вот пока что разговоры идут о первых испытаниях нового носителя годику так, к 2015-му, если успеют. А Луна проектируется на конец второго-начало третьего десятилетия.

Сугубо формально: несмотря на очевидный прогресс информационных технологий, время разработки сложных индустриальных технических систем по сравнению с 1960-ми годами увеличилось в 2-3 раза, а может быть, и более. Можно интерпретировать это через ухудшение общего качества человеческого материала. А можно сказать, что замедление технологического прогресса представляет собой результат взаимодействия с постиндустриальным барьером и имеет своей первопричиной изменения характера сопротивления информационной среды. То, что раньше получалось быстро, сейчас делается медленно или не делается вообще. Когда-то римляне тоже очень удивлялись тому, что урожайность полей вдруг начала падать, и получить прежние урожаи не удается, несмотря ни на какие усилия.

История техники позволяет оценить момент возникновения этого "повышенного инновационного сопротивления". Строго говоря, оно начало медленно расти уже в 1960-е. Но именно 1970-е годы сломали прежний тренд быстрой (за 2-3 года) смены поколений технических систем.

Итак, ведем отсчет кризиса с 1970 года.

Первый репер падает на 1971 год: формально зафиксированное начало падения производительности капитала.

Затем жирная клякса стоит на 1973 году.

Во-первых, военный кризис — очередная арабо-израильская война. Чем именно эта так выделяется? Ну, прежде всего тем, что Израиль был готов к применению ядерного оружия, что бывает всё-таки не каждый день. А, кроме того, характер войны резко изменился, и это не укрылось от внимания военных историков. "Война 1967 года была войной танков и самолётов. Война 1973 года была войной ПТУРСов и ЗРК".

Во-вторых, возникновение ОПЕК как экономически значимой структуры, и последовавший за этим энергетический кризис. В рамках индустриальной экономики производители сырья, находящиеся внизу экономической "пищевой цепи", ни при каких обстоятельствах не могут диктовать свою волю производителям машин и оборудования, занимающим в этой цепи управляющую позицию. Любые попытки делать такие вещи индустриальный мир пресекает очень жестоко и очень быстро. Но — не в этот раз.

Между прочим, кризис 1973 года отправил на свалку истории линейные трансатлантические суда — визитную карточку всей индустриальной фазы развития.

К концу десятилетия потерян лунный плацдарм, и это также весьма необычно. Индустриальная фаза развития с её кредитной экономикой, провоцирующей экстенсивный рост и интенсивное развитие, никогда не сдает ранее захваченных позиций.

Сверхзвуковая авиация в этот период еще жива, но влачит жалкое существование. Практически этот плацдарм тоже потерян, просто "оформление капитуляции" произошло позднее, уже в 2000-е.

Заметим здесь, что индустриальная фаза никуда не делась, особенно на окраинах мира. И Фолклендская война, и Ирако-Иранская являют собой вполне обычные индустриальные конфликты.

Следующее десятилетие маркировано началом распада СССР, что представляет собой вполне нормальный индустриальный процесс перехода от колониализма к неоколониализму, наложившийся на неблагоприятный для Союза результат Третьей мировой ("холодной") войны. Но в этом десятилетии происходят две знаковые катастрофы — "Челленджер" и "Чернобыль". Обе, по иронии судьбы — в 1986 году.

Индустриальные технические системы не бывают вполне надежны и потому время от времени гибнут. Тот же "Титаник", например, утонул. А на Тенерифе столкнулись два "Боинга-747", погибло свыше 500 человек. ДС-10 упал под Парижем из-за дефектного замка грузового люка. И так далее, и тому подобное. Поэтому сами катастрофы, разумеется, ничего не маркируют и ничего не значат.

"— У меня умер брат!
— Это бывает…"
(Б. Хеллингер)

А вот реакция общества на эти катастрофы заслуживает внимательного рассмотрения. И в случае с "Челленджером", и в случае с Чернобыльской АЭС мы имеем одну и ту же картину: в материальном мире — довольно заурядная авария с небольшим числом человеческих жертв, в информационном пространстве — настоящий апокалипсис. Резкое торможение космической программы в США и развития атомной энергетики во всем мире, кроме Японии, которая в Хиросиме и Нагасаки явно получила "прививку" от радиофобии.

Заметьте, ядерная энергетика была, очевидно, прагматически полезна, но случайная катастрофа отбросила её развитие на поколение, а кое-где, вероятно, навсегда. Тоже — совершенно не индустриальный исход, не индустриальная логика развития событий.

В 1990-е разворачивается постиндустриальный тренд глобализации, как попытка проектно решить проблему конечности земного шара через оптимизацию логистики и обобществление ресурсов (прежде всего рабочей силы). Заметим, что ничто не ново под Луной: политика Рима в I—II веках н.э. по расширению понятия "римское гражданство" также может рассматриваться, как своеобразная античная глобализация.

Понятно, что лекарство принесло первоначальное облегчение, но и вызвало привыкание. А по существу, стало опаснее самой болезни: с конца 1990-х разворачивается дивергенция производства и потребления — все формы капитала, включая человеческий, стремятся в мировые города, где капитализация максимальна. Все формы производства стремятся туда, где капитализация минимальна, поэтому вода, земля и рабочая сила ничего не стоят. Процесс этот, раз начавшись, далее будет ускоряться. В результате на земном шаре возникнет крайне неустойчивая ситуация, когда производство и потребление разобщено, и экономический механизм полностью зависит от нормального функционирования транспортной сети. Которая, между прочим, уже давно перегружена.

Тренд глобализации породил тренд на резкое усиление антропотока. С конца 1990-х годов ремитанс, перевод денег мигрантами на свою историческую родину, становится значимым фактором в экономике ряда стран.

11 сентября 2001 года мы сталкиваемся со знаковым событием, маркирующим принципиальное изменение характера террористической войны. В "норме" на каждого заложника или мирного жителя гибнет (или захватывается) от "полутора" до трех террористов, и это соотношение, делающее террор неэффективной стратегией, просто иллюстрирует эффект фазовой доминации. Для нового террора показатели были совсем другие — порядка десятков заложников в обмен на одного террориста-смертника. А это означило, что фазовая доминация отныне не действует, следовательно, фаза тяжело больна.

Разрушение ВТЦ породило новый террористический тренд, куда попадает и "Норд-Ост", и Беслан, и Мадрид, и взрывы самолётов в РФ, и многое другое.

Война США в Ираке, разумеется, имела чисто индустриальное содержание. Но результаты этой войны — вернее, отсутствие таковых, — уже постиндустриально: впервые США не получили от скалькулированной войны скалькулированной прибыли.

В нулевые годы к "Челленджеру" добавилась "Колумбия", а к энергетическому кризису начала 1970-х — рост цен на энергоносители и осознание ведущими странами остроты проблемы с генерирующими и сетевыми мощностями. Окончательно завершилась история сверхзвуковой пассажирской авиации.

Отметим среди знаковых точек и Нью-Орлеан: все-таки впервые цивилизованные люди цивилизованной страны показали себя настолько беспомощными перед лицом не самого серьезного стихийного бедствия.

Наконец, 2008 год. Вновь парный кризис: военная операция в Цхинвале, в которой можно отыскать все ключевые признаки постиндустриальных войн, и ипотечно-деривативный кризис. Самое важное здесь — быстрые, с периодом порядка суток, колебания курсов акций и курсов валют: теория фазовых переходов (любых) предсказывает быстро осциллирующие решения для параметров системы в непосредственной близости от точки фазового кризиса.

Так что, можно предположить, что "мы миновали полпути" и, во всяком случае, прошли точку возврата.

Мировые и национальные элиты, в общем и целом, это понимают. С начала нулевых годов можно всерьез говорить о постиндустриальном проектировании (то есть, о проектировании постиндустриального перехода) — по крайней мере, в некоторых ключевых странах. Япония опубликовала на эту тему развёрнутый и довольно осмысленный документ. Европа рефлектирует создание общности нового типа — ЕС, который не является ни империей, ни даже постимперией. США, озабоченные программой "замены населения", которое не прошло Нью-Орлеанский тест и явно не способно к постиндустриальным преобразованиям, производят массовый тренинг. Россия, как обычно, ничего не делает, но, по крайней мере, кое-что понимает. Это "кое-что" выражается в полистратегичности развития с усилением роли Дальнего Востока, повышении характерных темпов принятия управленческих решений (газовый кризис 2006 года, Цхинвал), попытках наладить взаимодействие с русскоязычными диаспорами.

Между 2003 и 2008 годами ситуация резко обострилась. Сегодня между лидерами развитых стран было достигнуто взаимопонимание по вопросу о необходимости стимулирования технологического развития. В мире формируется технологический мейнстрим — схема развития, подразумевающая взаимосвязанное и системное развитие четырех, вообще говоря, совершенно разных технологий: инфо- био- нано- и эко-. Поскольку развитие любой из этих технологий в любой из её версий несовместимо с существованием индустриальных экономических, политических и культурных механизмов, а также с постиндустриальной онтологией, ситуация на "мировой шахматной доске" резко обострилась.

Ничьей — не будет!

Задержанного постиндустриального перехода — не будет!

В течение 20 лет нас ждет либо тотальная постиндустриальная катастрофа, либо — постиндустриальный переход с полной перестройкой жизненных форматов. Первое, конечно, много вероятнее, хотя, заметим, даже катастрофа вариантна и может быть усилена или ослаблена, ускорена или замедлена.

Сергей Переслегин
[/cut]

Как перестать жить спокойно и начать беспокоится.

Любая линейно развивающаяся система стареет, т.е. накапливает шумы и ошибки. Кроме того, на неё влияет внешняя среда, разные элементы которой оказывают на неё возмущающее воздействие. В результате линейное (инерционное) развитие системы становится невозможным. Этот момент называется "точкой бифуркации". После наступления бифуркации система имеет только две возможности: или умереть, или перейти на более высокий уровень развития (усложниться).

В истории человечества такие моменты называют сменой эпох. В результате подобной смены возникает новое социально-культурно-экономическое образование (цивилизация).

Основным системозадающим фактором человечества в условиях ограниченности ресурсов является его численность. Именно увеличение численности населения вынуждает человечество переходить от одной формы освоения ресурсов к другой, от экстенсивных способов воспроизводства этих ресурсов – к интенсивным.
[cut]

Смена аграрной эпохи на индустриальную и далее – на информационную обусловлена не столько научно-технологическим прогрессом, сколько ростом численности человеческой популяции. Да и сам научно-технологический прогресс – это не более чем вынужденная реакция на гиперболический рост народонаселения.

Нетрудно догадаться, что стремительно повышающаяся плотность населения принуждает это население к иному типу коммуникаций, к иному уровню взаимного доверия, а это предполагает изменение системы ценностей, протоколов обмена и законодательства, т.е. того, что является сутью образования.

Нынешний кризис – это, в первую очередь, кризис образования. Современная система образования не образовывает личностей, адекватных стоящим перед ними вызовам, обусловленным бифуркационным переходом из национально-государственного мироустройства в глобальное. Тотальная неадекватность порождает, в свою очередь, столь же тотальное недоверие к институтам управления и традиционным авторитетам.

Исходя из этого, нетрудно вычислить, что развивающийся уже несколько лет глобальный кризис продлится не менее срока, достаточного для смены поколения (то есть не менее 20 лет), в течение которого это поколение получит соответствующее образование на базе своих ошибок и страданий и избавится от тех, кому такая наука не по силам. И это оптимистический прогноз, т.к. все существующие в современной цивилизации системы образования ригидны и фиксируют прошлый опыт, а также устаревшее мировоззрение.

Хуже всего в этой ситуации, что потребности в добровольном изменении своей собственной картины мира не ощущает никто (это хорошо видно по американцам, вдруг возжелавшим "перемен"), а это значит, что образование будит происходить в условиях мировой войны и единственное, что может предотвратить эту войну ─ это глобальная экологическая катастрофа.

Я вовсе не кликушествую и не пророчу конца света. Люди как вид никуда не денутся с этой "подлодки" ещё достаточно долго. Планета вполне может прокормить 12 миллиардов человек, а это значит, что эти 12 миллиардов на ней будут жить, хотят они этого или нет. Вопрос только в том, кто доживёт до этого "золотого времени"? Очевидно ─ те, кто способен преобразоваться!

Продолжение следует

Ctrl+Enter to post[/cut]

Ctrl+Enter to post

Ctrl+Enter to post

Ctrl+Enter to post

Термодинамика социальных систем

Начало смотрите тут

Социосистема, будучи дуальным (материально-информационным) объектом, "привязана к местности" и имеет границу. Назовем социосистему закрытой, если для данной задачи потоки через границу социосистемы (информационные / материальные / человеческие) пренебрежимо малы по сравнению с внутренними. Назовем социосистему равновесной, если ее макроскопические параметры принимают близкие значения в разных областях системы. Для абсолютного большинства социосистем предположение о равновесности является чрезмерной идеализацией, тем не менее, мы будем им пользоваться для большей прозрачности выстраиваемых термодинамических аналогий.

Состояние социосистемы может быть представлено в виде точки в некотором формальном пространстве параметров {Pi}. Будем называть социальным процессом (социальным движением) изменение со временем хотя бы одного из параметров. Понятно, что социальные процессы изображаются в виде кривых в пространстве параметров. Если кривая замкнута (система возвращается в исходное состояние), процесс называется социальным циклом.

Опишем параметры, которыми характеризуется произвольная социосистема.
[cut]
Прежде всего, таким параметром является число носителей разума — N. Понятно, что речь идет об аналоге полной физической массы термодинамической системы. Следует, однако, иметь в виду, что величина N дискретна.

Термодинамическому объему V соответствует площадь V, занимаемая социосистемой в физическом пространстве.

Введем понятие обобщенной силы , как меры взаимодействий внутри социосистемы и между социосистемой и окружающей средой. Отношение обобщенной силы, действующей на ту или иную границу (самой социосистемы, ее областей, ее подсистем), к длине границы назовем социальным давлением Р .

Интеграл обобщенной силы вдоль параметрической кривой будем называть социальной работой А. Если работа за социальный цикл равна нулю, можно ввести понятие потенциальной энергии состояния U и потенциала состояния f=U/N. В этом случае работа по переводу социосистемы из состояния (1) в состояние (2) равна U1-U2.

Большинство социальных процессов относятся к диссипативным (вихревым). Для таких процессов характерно превращение потенциальной энергии во внутреннюю или тепловую, иными словами — упорядоченного движения социосистемы, как целого, в беспорядочное "тепловое" движение отдельных ее элементов.

Будем называть социальной температурой Т меру беспорядочности социального движения. Данное определение носит интуитивный характер, однако, физический смысл понятия достаточно прозрачен.

Сунь-цзы сказал: "Путь — это когда достигают того, что мысли народа одинаковы с мыслями правителя, когда народ готов вместе с ним умереть, готов вместе с ним жить, когда он не знает ни страха, ни сомнения". Подобное состояние общества, характеризующееся практически полным отсутствием хаотических процессов, будем называть переохлажденным. Заметим, что в переохлажденных социосистемах группы низшего по отношению к обществу ранга (семья, цех, клан и т.п.) неустойчивы и легко разрушаются внешним воздействием. Заметим также, что предметом социальных утопий, а равным образом, и антиутопий, обычно оказываются переохлажденные социосистемы.

Напротив, общество, в котором любое упорядоченное социальное движение (например, вызванное внешним воздействием) рассыпается на беспорядочные вихревые процессы, является перегретым. К этой категории относятся социосистемы, находящиеся на грани структурных фазовых переходов или, в другой терминологии, революционных преобразований. Перегретые социосистемы в принципе не поддерживают существования любых упорядоченных структур, включая семью. "Брат встает на брата, сын на отца…"

Введем интуитивно понятный термин "нормальные условия". Для социосистемы, находящейся в таких условиях, характерна упорядоченная деятельность ("Путь") в масштабах семьи, домена, цеха, политической партии, но, как правило, не общества в целом.

Иными словами, "норма" это общество, состоящее из "кирпичиков" — социальных блоков. Переохлажденное общество — "человеческий муравейник", перегретое — собрание крайних индивидуалистов.

Большинство современных индустриальных человеческих сообществ лежит в зоне нормальных условий. Для таких обществ "социальный нагрев", вызванный внешним воздействием или внутренними процессами, сопровождается негативно окрашенными последствиями. Эффект нагрева измеряется по росту бытового, экономического и политического насилия (спровоцированного и не спровоцированного), увеличению частоты самоубийств, прогрессирующему разрушению института брака и снижению рождаемости.

Всякое отклонение от нормальных условий (и, прежде всего, нагрев) приводит к нарушению псевдогауссовой структуры "возрастно-половой пирамиды". Тем самым, изменение социальной температуры может быть формально вычислено через отношение площади "разностной пирамиды" к площади исходной пирамиды.

Понятие температуры, в том числе — социальной температуры, не применимо к системам, далеким от равновесия. Развивая термодинамические представления, введем понятие социальной энтропии (инферно) S как меры социальной энергии, связанной диссипативными процессами. Иными словами, инферно есть социальное движение, превращенное в беспорядочную (тепловую) форму. Как и физическая энтропия, социальная энтропия не измеряется, но вычисляется.

На практике определять инферно через соотношение беспорядочного/упорядоченного социального движения затруднительно, и мы будем использовать альтернативное определение социальной энтропии через затраченную, но не реализованную на достижение какой-либо конечной цели социальную работу.

Социальная энтропия возрастает:

— при попытке добиться физически или социально невозможного результата (экономика на алхимическом золоте, энергетика на вечных двигателях первого или второго рода или на "торсионных полях", "мир без наркотиков", "честная политика" и т.п. программы);

— при наличии "конфликта интересов", когда в рамках индивидуального или группового тоннеля реальности, не существует такого конечного состояния системы, при котором все конфликтующие стороны осуществили свои намерения (двое добиваются должности, которая может достаться только одному из них — вся деятельность проигравшего пошла на увеличение социальной энтропии);

— при "ошибках перевода", когда получаемая перпациентом информация существенно отличается от той, которую индуктор намеривался передать;

— при трансляции окружающим негативных эмоций (гнев, раздражение, зависть, обида).

Все перечисленные механизмы роста социальной энтропии допускают управление со стороны общества. Используя гуманитарные технологии социотерапии , можно минимизировать возрастание инферно в социосистеме.

Здесь, однако, необходимо иметь в виду, что в замкнутых социосистемах социальная энтропия не убывает в процессе динамики. Это суждение является простой метафорой второго начала термодинамики. Оно следует из опыта, но может также быть обосновано принципиальным отсутствием в замкнутых социосистемах механизмов, понижающих инферно.

Разумеется, за редкими исключениями социосистемы являются открытыми. Это позволяет регулировать социальную энтропию данной социосистемы, но всегда за счет неких "внешних" социосистем. Этим объясняется склонность переохлажденных обществ, поддерживающих у себя низкую температуру и стремящихся к наименьшему приросту энтропии, создавать внутреннего или внешнего "врага", которому передается отводимое из системы "тепло". Примерами таких "врагов" являются евреи в Третьем Рейхе, "буржуи" в СССР, исламские террористы в нынешних Соединенных Штатах, коммунисты в сегодняшней российской Думе.

Не во всех случаях энтропия отводится из социосистемы столь явно, тем не менее, следует отдавать себе отчет в том, что всякое социальное конструирование создает структуры, "отягощенные злом".

— 2 —

Будем понимать под социоглюонным взаимодействием поле, связывающее эволюционно эгоистичных крупных приматов в ту или иную единую общественную структуру — племя, народ, государство, секту и пр. Характер этого взаимодействия нам пока не ясен: возможно, оно имеет химическую (феромонную) природу, подобно соответствующему механизму у общественных насекомых. Типичными социоглюонными эффектами является "чувство локтя", "атмосфера осажденной крепости" или "братство демонстрантов". Отметим, что во всех перечисленных случаях социосистема оказывается способной на значительную "отдачу", причем для этого ее не требуется дополнительно "подогревать". Вполне очевидна связь социоглюонных процессов с пассионарностью , которую мы понимаем, как переход социальных движений в когерентное состояние.

Сформулируем гипотезу, согласно которой характер социоглюонного взаимодействия в социосистеме может быть изменен за счет механизма преобразования идентичностей. Исходной точкой этой гипотезы является известный Стэнфордский тюремный эксперимент 1971 г. В ходе этого опыта в группе, разделенной случайным образом на "правых" и "виноватых", начался интенсивный "разогрев".

Стэнфордский эксперимент стал одним из тех факторов, которые привели нас к парадоксальному на первый взгляд выводу: причина "конфликта идентичностей" обычно представляется ничтожной внешнему наблюдателю.

Попыткой решить проблему границы пространства идентичностей (иными словами, ответить на вопрос, какие убеждения образуют идентичности, а какие являются "просто убеждениями") стала "релятивистская модель идентичностей", различающая понятия "идентичность в себе" и "проявленная идентичность". Первая предполагает отсутствие внешнего наблюдателя и, следовательно, не может быть им измерена. Она не влияет на какие-либо макроскопические социальные процессы и лишена всякого интереса для социолога. "Идентичность в себе" связана с понятиями души, миссии, сущности, то есть — описывается преимущественно в психологических и экзистенциальных терминах. Возможно, "идентичность в себе" было бы правильнее называть "аутентичностью". "Проявленная идентичность" (далее, будем называть ее просто идентичностью) существует только в процессе взаимодействия.

Разные взаимодействия проявляют разные идентичности. Тем самым, исходный вопрос: какие из убеждений формируют идентичность, — лишается смысла. Формируют те, которые конфликтны (образуют противоречия) в рамках данного взаимодействия.

Рассмотрим процесс формирования "идентичности в себе".

Ребенок рождается и формируется в некотором информационном поле, образованном текущим социумом. Его близкие (прежде всего, мать) являются проводниками этого поля. В процессе социализации ребенок сталкивается с "правилами игры", принятыми в текущем социуме. Их совокупность образует первичную онтологию ребенка (простейшие ответы на вопросы: "как устроен мир вокруг меня?", то есть, "что меня окружает?", "что я делаю?", "что я уже умею?", "что можно, что нельзя?").

Экзистенциальное обоснование первичной онтологии создает картину ценностей — первичную аксиологию ребенка.

Первичная онтология ребенка связана с повседневной жизнью родителей и определяется:

• языком (знаковой системой, поддерживающей социальные процессы познания и обучения);

• статусом родителей в социосистеме;

• местом родителей в разделении труда (профессией, родом занятий).

Идентичность есть "идентичность в себе", проявленная в процессе взаимодействия с инаковостью (иной идентичностью).

При взаимодействии людей с одинаковой аксиологией идентичность не проявляется. При взаимодействии людей с различной аксиологией Идентичность проявляется тем сильнее, чем меньше аксиологических различий, и чем эти различия онтологически существеннее.

Дело в том, что взаимодействие носителей различных аксиологий порождает пространство сравнения ценностей (оказывается, можно разбивать яйца с другого конца). Тем самым, ценности оказываются под сомнением, попадают в "зону риска". Поскольку неуверенность в аксиологии есть одновременно и сомнение в онтологии, всякое взаимодействие с носителем "чужой" аксиологии трактуется личностью как угроза своей "самости". Однако не все ценности одинаково важны для обоснования картины мира. Некоторые представляют собой стержень личности и почти "непременное условие" ее существования, другие же — не столь фундаментальны и (в принципе) могут изменяться без полного разрушения "личной Вселенной". Понятно, что угроза "стержневым ценностям" воспринимается более серьезно, нежели угроза периферии ценностного пространства.

С другой стороны, первичная аксиология всегда неполна и, тем самым, подразумевает существование других аксиологий. Именно поэтому, слишком многочисленные ценностные различия препятствуют отчетливому конфликтному проявлению идентичности. Внешний по отношению к взаимодействующим сторонам наблюдатель не видит (точнее, не видит непосредственно) в отношениях сторон момента предъявления самости, как силы, противопоставленной инаковости. При более внимательном рассмотрении он заключает, что такое предъявление есть, но оно разваливается на серию несвязанных между собой личностных реакций, среди которых превалирует удивление (формула: в каком странном мире живет этот ненормальный) и даже жалость (формула: он же, как ребенок — простейших вещей не знает). Аксиология, не имеющая или почти не имеющая точек соприкосновения с текущей, не вызывает гнева или его превращенной формы — обиды; партнер воспринимается как глупец, не понимающий реального устройства мира. При подобном взаимодействии возможен вполне бесконфликтный обмен ("стеклянных бус" на "золотые браслеты"). Существенной угрозы ценностям не возникает, пространство сравнения необозримо и не рефлектируется.

Напротив, если не совпадает только одна ценность, проблема сравнения встает со всей остротой, и эта ценность оказывается под реальной угрозой. Причем демонстративную "аморальность" партнера нельзя свалить на его глупость или неосведомленность. Ведь все остальное-то, он понимает! Следовательно, он нарочно ведет себя так! Следовательно, "на самом деле" он проявляет враждебность! Следовательно, он угрожает моим ценностям, и я должен дать ему отбор. Или в ситуации конструктивного подхода: нужно скорее переманить его на свою сторону, он уже почти со всем согласен, иначе наделает глупостей в нашем общем деле! Активно приступаем к аргументированию, убеждению, манипулированию партнером для его же блага! В обоих случаях идентичность проявляется явно и видна внешнему наблюдателю.

Подведем некоторые итоги:

1. "Идентичность в себе" есть функция первичной аксиологии.

2. Идентичность есть "идентичность в себе", проявленная в процессе взаимодействия.

3. Идентичности существуют на уровне убеждений. Идентичность всегда отвечает на вопрос "кто ты?".

4. Идентичность всегда отвечает на этот вопрос: "я — тот-то".

5. Идентичности проявляют себя превращением аксиологии в деятельную форму (идеологию).

6. Идентичности есть превращенная (деятельная) форма тех ценностей, которые различаются у взаимодействующих сторон.

7. Идентичности проявлены тем сильнее, чем уже канал их актуализации.

8. Идентичность проявляются тем сильнее, чем выше онтологическое значение той ценности, "вдоль" которой она актуализирована.

Дальнейший анализ позволяет расширить эти выводы следующим образом:

9. Проявление идентичности есть процесс спонтанного нарушения симметрии. Если в двух— или многостороннем взаимодействии один из участников проявит свою идентичность (переведет свои ценности в деятельную форму), то с неизбежностью Идентичность — не обязательно та же самая — будет проявлена и у остальных участников.

10. Усредняя идентичности по разным социальным группам (с учетом ценностных "знаков") получаем три возможных результата:

• социосистема не обладает идентичностью ни на каком уровне;

• малые группы в социосистеме обладают идентичностью, общество в целом ее лишено. Такую социальную идентичность будем называть микроскопической;

• общество, как целое, обладает макроскопической идентичностью.

11. Общество с проявленной макроскопической идентичностью не может быть стабильным (это следует из законов диалектики).

12. В обществе с проявленной микроскопической идентичностью развиваются вихревые процессы, сопровождающиеся социальным нагревом.

13. Таким образом, всякое проявление идентичности вызывает социальное движение, и мы вправе рассматривать идентичности как социальное "топливо".

14. В процессе деятельности (макро— или микроскопической), вызванной некоторой проявленной идентичностью, эта идентичность затрачивается и, в конечном счете, исчерпывается, то есть — перестает проявляться. Поэтому состояние текущего социума с проявленной макро— или микро— идентичностью является "возбужденным".

Иначе говоря, если некая нация ведет многолетнюю борьбу, например, за цивилизационные ценности, она лишается их всех, потому что они утратились, истончились в борьбе. И результатом такой борьбы может стать изменение уровня Идентичностей, как "вниз" (расслоение) так и "вверх" (укрупнение, слияние). Одной из гипотез, объясняющих процесс истончения идентичности при расходовании, является потеря некоторым аксиологическим принципом "стержневого характера": дрейф аксиологии.

— 3 —

Мы рассматриваем идентичность, как социальное топливо, причину и источник социальных движений. Например, происхождение антропотока связано с фазовой идентичностью, современный конфликт Севера и Юга имеет в своей основе цивилизационную идентичность, Мировые войны в Европе были обусловлены культурной идентичностью.

Современный "парад" этно-конфессиональных идентичностей приводит к увеличению инновационного сопротивления, и без того очень высокого на границе фаз. Вообще говоря, современная картина идентичностей позволяет легко спроектировать первичное упрощение и последующую феодализацию мира, но не дает ответа на вопрос о возможных источниках энергии для перехода к когнитивной фазе развития. Тем самым, возникает потребность в управлении идентичностями (социальными энергиями), что может быть реализовано созданием социальных тепловых двигателей.

Социальные "машины" имеют ту же принципиальную схему, что и обычные тепловые двигатели: они состоят из рабочего тела, нагревателя и холодильника. В качестве рабочего тела используется социосистема (обычно, специально сконструированная). Нагреватель сообщает социосистеме некоторое количество теплоты, для чего могут использоваться механизмы "разогрева под давлением", "конфликта идентичностей" и "плавления идентичностей". Холодильник включает в себя канал когерентной актуализации социальной активности и "свалку" избыточного "тепла", в качестве которой может использоваться окружающая среда или же — переохлажденная социосистема.

Простейшим социальным тепловым двигателем служит турбодетандер , в котором разогрев рабочей среды происходит под внешним давлением, источником которого может выступать прямое насилие, страх, корысть, честолюбие, зависть.

Рабочим телом турбодетандера является замкнутая искусственная социосистема, причем к ее элементам — людям — обязательно предъявляется требование наличия профессиональной подготовки в запланированной области актуализации (воины, ученые, инженеры и т.п.).

Эта социосистема помещается в обедненную информационную среду и доводится до перегретого состояния, не поддерживающего никаких форм общественной организации. Уровень человеческого страдания задается настолько высоким, чтобы сама жизнь потеряла для "элементов рабочей среды" свою ценность. Затем в системе инсталлируется возможность целенаправленной общей деятельности, направленной вовне и имеющей целью некий значимый конечный результат.

"Турбодетандерный эффект" приводит к быстрому охлаждению социосистемы — вплоть до ее перехода в когерентное состояние.

Турбодетандер является распространенным социальным двигателем. В своих простейших формах он использовался уже в Древнем Китае:

У-цзы сказал: "Предположите, что Вы спрятали на обширной равнине всего одного разбойника, но готового умереть. Тысяча человек станут ловить его, и все будут озираться во все стороны, как совы, оглядываться по сторонам, как волки. Ибо каждый из них будет бояться, что тот внезапно выскочит и убьет его. Поэтому достаточно одного человека, решившего расстаться с жизнью, чтобы нагнать страх на тысячу человек. А я сейчас таким решившимся на смерть разбойником сделаю всю массу в пятьдесят тысяч человек. Если я поведу их и ударю с ними на противника, ему будет поистине трудно устоять".

Турбодетандерный эффект был реализован в сталинских лагерях (прежде всего, в "шарашках"). В начале эпохи Хрущева этот эффект удалось — скорее всего, непреднамеренно — вызвать в масштабах всего государства. Заметим, что "турбодетандерный эффект" широко используется для "промывки мозгов" в тоталитарных сектах.

Основными недостатками социального турбодетандера являются:

— принципиальная незамкнутость цикла (повторное использование "рабочего тела" в подобных схемах исключено, ввиду психической и физической деградации человеческого материала);

— критичность к профессиональной подготовке элементов социосистемы;

— сравнительно низкая удельная мощность.

— Последнее обусловлено большим временем "нагрева", в течение которого никакой полезной деятельности не совершается.

Развитием идеи турбодетандера может служить схема организационно-деятельностных игр, предложенная Г.Щедровицким и работающая по замкнутому трехдневному циклу.

"Рабочим телом" ОДИ также является искусственно созданная замкнутая социосистема. Эта система погружается в обогащенную информационную среду с переменным коэффициентом обогащения. Такая среда создается экспертным сообществом, действия которого жестко модерируются Игромастерами.

В ОДИ не используются внешние источники давления. Разогрев "рабочего тела" происходит за счет эффекта "плавления" господствующей Идентичности.

Дрейф аксиологии вызывается сочетанием измененного состояния сознания, вызванного нехваткой времени на сон и отдых, а также прогрессирующим непониманием людьми происходящего с ними, с контролируемостью любых транзакций и постоянным "перемешиванием" социосистемы с разрушением спонтанно устанавливающихся связей.

На вторые сутки Игры начинается "разогрев", причем, в отличие от схемы турбодетандера, стимулируется не столько аутоагрессия внутри социосистемы, сколько агрессия, направленная на экспертов и модераторов. Тем не менее, процессы внутри "рабочего тела" носят отчетливо "Стэнфордский" характер (пусть схема ОДИ и не предусматривает отчетливого перегрева системы с последующей ее деградацией).

Плавление Идентичностей в искусственно обогащенной среде приводит к спонтанной генерации новых смыслов, вдоль которых модераторы создают канал актуализации. На третьи сутки игры "Стэнфордский" разогрев сменяется когерентным охлаждением, температура резко падает, вследствие чего Идентичности игроков кристаллизуются вновь (обычно, с небольшими отклонениями).

На закрытии Игры модераторы предъявляют играющим свою Идентичность в явной форме, что приводит к локальному конфликту, небольшому нагреву и замыканию цикла.

Организационно-деятельностные игры являются перспективным методом аккумуляции социальной энергии (в форме идентичностей) и использования ее для решения конкретных технических и социоинженерных задач. Желание предельно компактифицировать игру приводит к созданию экономичной схемы организационно-деятельностных "двоек", которую мы считаем оптимальной для организации управленческой, познавательной и обучающей деятельности в окрестностях фазового барьера.

"Двойка" представляет собой организационную систему с нечеткой логикой: функциональные обязанности ее компонентов формально не разграничены. Впервые подобные бинарные механизмы управления возникли и были отрефлектированы в дореспубликанском Риме. Такие системы оказались весьма жизненными и были институализированы в римском обществе, которое смогло, таким образом, сочетать контроль над принятием ответственных решений с принципом единоначалия. После крушения царской власти принцип парности высших магистратов распространяется на все сферы управления. Наиболее известны примеры консульской власти (два консула избирались сенатом на календарный год) и командование легионом.

В XIX столетии Г.Мольтке (старшим) и А.Шлиффеном была инсталлирована бинарная система управления войсками. Обладая функцией информировать и подготавливать решения для командира, начальник штаба формировал понятийное понятие для выработки решений. Это обстоятельство, вкупе с отсутствием надлежащим образом зафиксированного (то есть, прописанного в соответствующем Уставе) разделения полномочий, породило "структуру управления с нечеткой логикой": начальник штаба получил формальное право отдавать приказы "от имени командира" в случае отсутствия или занятости последнего.

Принципиальной особенностью "двоек" является возможность постоянной рефлексии: "двойка" позволяет в любой момент времени одному из членов пары занимать рефлексивную позицию по отношению к производимой деятельности. В этой связи и правомочен подход к "двойке", как к "компактифицированной ОДИ", некоему "кванту мыследействия".

С формальной точки зрения "двойка" работает по тому же термодинамическому циклу, что и ОДИ, причем разрушению подвергаются не базовые и не ролевые, а виртуальные идентичности — методологические позиции. В некотором смысле деятельность "двойки" есть непрерывная упорядоченная смена таких позиций.

Важным и существенным с точки зрения построения когнитивного мира является неформальный и неизмеримый характер связей между элементами "двоек", что вносит элемент случайности в организованную деятельность. Эффективность "двойки" во многом основывается на психологических особенностях составляющих ее людей и не может быть предсказана: "двойка" представляет неаналитическую информационную систему. Она может успешно решать задачи, вообще не имеющие решения, но может и показать нулевую эффективность, затратив все рабочее время на согласование внутреннего языка. Различные методики позволяют отсечь особо неблагоприятные случаи, но даже уже испытанная и показавшая прекрасные результаты "двойка", может дать системный "сбой в той или иной конкретной ситуации.

В неустойчивом когнитивном мире, тем более — в непредсказуемой и хаотической ситуации окрестности постиндустриального барьера — неаналитичность "двоек" является достоинством.

— 4 —

Сейчас мы полагаем, что именно появление социальных тепловых двигателей и господство их в науке, образовании, управлении, производстве станет главной отличительной чертой когнитивной фазы развития. Вслед за использованием энергий, запасенных экосистемами в виде торфа, горючих сланцев, углей и углеводородов приходит время утилизации энергий, запасенных социосистемами в форме идентичностей.

Широкое использование социальных машин приведет — за счет турбодетандерного эффекта — к снижению среднеземной социальной температуры. Возникнет общество, сочетающее в себе "тоталитарный" уровень упорядоченности общественных движений с высокой креативностью, свойственной классической демократии, и низким инновационным сопротивлением хаотических государственных структур. В таком обществе отдельный человек будет способен оперировать экосистемами, глобальный биогеоценоз вступит в стадию "сапиентизации", а социосистема утратит замкнутый характер.

Владивосток, 9 апреля 2003 года

Сергей Переслегин, Николай Ютанов[/cut]

Мы рождены, чтоб... жечь бензин

— 1 —

Прежде всего, надо уяснить, что структурность человеческого сообщества меньше, нежели структурность Природы в целом (хотя, конечно, выше, нежели структурность любого иного биологического вида). Поэтому Человек — это не субъект, а объект эволюции. Во всяком случае, до точки Перехода. Он вовсе не "эксплуатирует" Природу, "выжимая из нее все соки". Напротив, разумно предположить, что это Природа использует Человека для решения некоторого специфического круга проблем, оказавшихся непреодолимыми для биоты, не обладающей разумом .

Любой биогеоценоз (в том числе — глобальный биогеоценоз, охватывающий всю Землю) развивается в направлении установления динамического равновесия с внешним миром. Это подразумевает стремление к нулевому балансу в обмене с окружающей средой по веществу и к предельной минимизации энергетического обмена. При характерных временах эволюции такое стремление приводит к включению любых невосполнимых ресурсов (пока не будем относить к таковым ресурсам солнечное излучение) в общий биологический круговорот, то есть к неограниченному повторному использованию этих ресурсов.

[cut]

Однако за все предшествующие эпохи, периоды, эры и эоны природе не удалось добиться замкнутости циклов по кислороду и углероду. Известно, что практически весь кислород на земле имеет биогенное происхождение. "В норме" кислород, выделяющийся в процессе фотосинтеза, расходуется на дыхание и окисление продуктов распада (в этом можно усмотреть содержание "кислородной революции" с точки зрения стремления биоты к замкнутым циклам: анаэробная жизнь носила принципиально незамкнутый характер и сравнительно быстро привела к необратимому отравлению среды обитания свободным кислородом). Но если продукты распада выводятся из обратимой реакции дыхания — фотосинтеза, в атмосфере начинает расти количество кислорода, в то время как углерод и высшие углеводороды накапливаются в захоронениях, образуя угольные и нефтегазоносные пласты и навсегда выключаясь из процессов биологического кругооборота.

Поскольку эпохи массового захоронения неокисленной органики периодически повторялись в истории жизни на Земле, к началу неогена сложилась кризисная ситуация, чем-то напоминающая "кислородную революцию". Количество свободного кислорода в атмосфере возросло до двадцати объемных процентов, а значительные объемы органического вещества оказались в захоронениях.

Прежде всего, это означало снижение биологической продуктивности Земли, что само по себе было эволюционным кризисом. Но более существенным было то обстоятельство, что вследствие антипарникового эффекта средняя эффективная способность глобального биогеоценоза усваивать солнечную энергию заметно упала. Этот эффект сложился с наступлением очередной криоэры и привел к тяжелому оледенению. Экстраполируя, мы приходим к выводу, что биота имела реальные шансы не пережить криоэру: в течение ближайших сотен миллионов лет одна из ледниковых эпох могла перейти "предел устойчивости" и привести к полному оледенению земной поверхности.

Данные рассуждения позволяют понять назначение человечества, как специфического орудия, созданного природой для того, чтобы извлечь из захоронений органическое топливо и сжечь его, вновь включив его в природный кругооборот. На настоящий момент эта задача частично решена, вследствие чего глобальная ледниковая зима отодвинута в неопределенное будущее (если только она вообще теперь возможна). По всей видимости, предстоящие столетия завершат "классическую технологическую эпоху", содержанием которой "с точки зрения Ее Величества эволюции" является восстановление глобального О2 — СО2 равновесия в природе.

— 2 —

Конечно, "конструируя Человека Разумного", Природа не руководствовалась разумными соображениями (во всяком случае, "разумными" — в нашем понимании этого термина). В результате возможности созданного ею биологического вида превзошли потребности решения хотя и весьма важной, но в целом достаточно узкой и конкретной задачи обеспечения устойчивости биологической жизни по кислород-углеродному равновесию.

"Запустив в крупную серию" млекопитающее с большим объемом мозга, переменным суточным ритмом ("совы" и "жаворонки") и наиболее совершенной системой терморегуляции, Природа получила очередного "абсолютного хищника", максимально приспособленного к эксплуатации современной ему биоты. Человек действительно очень быстро (в биологическом масштабе времени) занял верхнюю позицию в трофической пирамиде и приступил к планомерному преобразованию Мира Обитаемого под свои потребности.

"Экологически настроенные" публицисты видят в этом, во-первых, нечто уникальное, а во-вторых — страшное и недопустимое. Между тем, эволюция неоднократно встречалась с проблемой "абсолютного хищника" и "научилась" очень спокойно на нее реагировать.

Разумеется, "абсолютный хищник" необратимо нарушает устойчивость экосистемы, в которой он появляется. Из этого почему-то делается вывод, что таковой хищник "съест" всю экосистему, после чего умрет от голода. Далее, в зависимости от того, насколько "алармистскими" являются представления данного специалиста, рассматривается три сценария: полная гибель экосистемы, дегенерация экосистемы с последующим медленным восстановлением, быстрое восстановление ценоза, но уже без абсолютного хищника, который вымирает во всех вариантах.

Опыт показывает, что ничего подобного не происходит: устойчивость не является абсолютной характеристикой природных экосистем: кроме сил Ле-Шателье, в них действуют также силы индукции. Мы говорим об "абсолютном хищнике", если индуктивное воздействие со стороны возникшего вида превосходит компенсационные возможности "старой" экосистемы, и она разрушается, создавая (в согласии с третьим законом диалектики) новый эволюционный порядок. Такой механизм реализовывался в истории жизни на Земле неоднократно, например:

— Зоопланктон размерного класса "циклоп", возникший на грани Венда и Кембрия, вызвал "скелетную революцию";



— Стрекозы, появившиеся в Карбоне, переформатировали всю экологию крылатых насекомых, положив начало эволюционному процветанию этого класса;


— Архозавры Триаса определяли структуру биологических сообществ в течение всей Мезозойской термоэры.



В ответ на появление "абсолютного хищника" экосистема меняется и именно таким образом, что хищник теряет свойство абсолютности. При этом он остается важным элементом экосистемы, чаще всего — господствующим и во всех случаях — процветающим. Разумеется, за долгую историю биологической эволюции некоторая часть "абсолютных хищников" вымерла, но через сотни миллионов лет после появления в палеонтологической летописи и по совершенно "внешним" причинам. Кроме того, к моменту вымирания данный вид уже никак не мог считаться "абсолютным хищником".

История жизни на Земле подсказывает, что "абсолютный хищник", отнюдь не является видом-самоубийцей. В еще меньшей степени он может считаться "разрушителем природной среды обитания". Его эволюционная роль носит совершенно иной характер: "абсолютный хищник" есть катализатор биологической эволюции, едва ли не ее Представление.

Поэтому Человек Разумный может более чем спокойно реагировать на алармистские высказывания "экологистов". Вид Homo представляет собой значительно меньшую угрозу современной биоте, нежели в свое время зоопланктон. То есть, мы не можем погубить не только природу, но даже и себя.

Заметим в этой связи, что даже "бактериологический отклик" на появление абсолютного хищника (защитники окружающей среды, как правило, игнорируют такую возможность, в то время как "системщики" видят особую опасность в "новых болезнях" и, в частности, в ретровирусных и преонных инфекциях) не должен нас беспокоить. Во-первых, в эволюционной биологии "все это уже было", и никогда инфекции не были в состоянии положить предел развитию "абсолютного хищника". Во-вторых, мы анализируем взаимодействие систем "Homo" и "объемлющий биогеоценоз" на больших временах. Уже в наше время Человек Разумный поставил ряд надежных барьеров против бактериальных и вирусных инфекциях. Не подлежит сомнению, что ретровирусы, "медленные инфекции", рак, аллергии, наследственные заболевания представляют собой более серьезного противника, так что, борьба с этим классом заболеваний может потребовать еще некоторого (минимального в эволюционном масштабе) времени. Скажем, пятидесяти или ста пятидесяти лет…

Точно так же в эволюционном масштабе времен бесполезны попытки "экологистов" как-то остановить или замедлить развитие Человечества. Та или иная Культура или даже Цивилизация может поставить своей целью сохранение редких и исчезающих биологических видов и даже построение гармоничных отношений общества и природы, но культуры и цивилизации преходящи. То есть, "завтра" или через тысячу лет, или, в самом крайнем случае через десять тысяч глобальный биогеоценоз в обязательном порядке придет в "естественное состояние": все так называемые невосполнимые ресурсы включены в биотехнологический круговорот, биота полностью подчинена потребностям "абсолютного хищника".

Именно тогда следует ожидать "естественного" отклика эволюции на господство Человека Разумного над природной средой.

Этот отклик довольно легко себе представить. Поскольку эволюционная стратегия использования разума (причем, именно человеческого разума — разума, в нашем понимании) привела довольно "сомнительный" по ряду параметров биологический вид к неоспоримому процветанию, эта стратегия станет активно использоваться Природой. Иными словами, мы должны ожидать быстрого (в эволюционном смысле) возвышения целого ряда биологических видов — начиная с естественных спутников людей: крыс, собак и кошек. Сейчас невозможно сказать, какую именно форму примет процесс "сапиентизации" (по аналогии с "маммализацией" или "цефализацией") млекопитающих. Возможно, в целом ряде случаев будет создаваться "распределенный разум" (разумная стая неразумных собак и т.д. — вплоть до разумных биоценозов, разумных ландшафтов и, наконец, разумной Земли/Геи).

Скорость "сапиентизации" будет достаточно велика — вследствие индукционного давления уже созданного (человеческого) разума и наличия развитого информационного поля.

— 3 —

Эволюционный процесс, описанный выше, можно интерпретировать, как генезис нового биологического класса, принадлежащего к типу позвоночных. Возможно, через какое-то количество лет, четвертичный период — антропоген — будет рассматриваться не как завершение Кайнозоя, но как начало новой эры (если не эона) — времени разумной жизни или Ноозоя.

В самом деле, насколько можно считать человека млекопитающим?

Плацентарная беременность уже сейчас должна рассматриваться как биологический предрассудок. Сочетание прямохождения матери и высокого объема головного мозга плода привело к тому, что беременность у людей протекает тяжело и оказывает (по крайней мере, на последних месяцах) негативное влияние на работоспособность матери. Роды болезненны и даже опасны, при этом ребенок все равно рождается биологически недоношенным. Наконец, плацентарный барьер не носит абсолютного характера: ребенок отравляет организм матери продуктами своей жизнедеятельности, но и сам получает с кровью матери вредные для его развития вещества (и это — не только алкоголь, табак и антибиотики). Следует учесть также, что плацентарная беременность накладывает принципиальные ограничения на размеры головы ребенка, что тормозит биологическую эволюцию.

Сочетание этих широко известных факторов с неизбежностью приведет к появлению (био)технологии внешней беременности. Технически маточные репликаторы не слишком сложны и могут быть созданы уже сейчас. Биологически же их производство означает, что Homo Sapiens теряет один из атрибутивных признаков класса млекопитающих.

Заметим, что отказ от вынашивания плода и родов, по всей видимости, приведет также к отказу от грудного вскармливания (или во всяком случае — к резкому ограничению его) — таким образом, будет утерян еще один атрибутивный для класса признак.

Сочетание маточного репликатора и процедуры клонирования расширит границы способа размножения вида Homo, который кроме обычного полового сможет использовать также вегетативное размножение (клонирование) и даже однополое размножение.

Управление геномом (что должно стать конечным результатом нынешней биологической революции) приведет к отказу от обязательной антропоморфности и породит видовой полиморфизм Homo Sapiens. Заметим в этой связи, что при наличии искусственной среды обитания человек может отказаться даже от теплокровности.

Таким образом, мы приходим к выводу, что естественное развитие вида Homo приводит этот вид к отказу от ряда (если не от всех) маммальных признаков. Если учесть также, что атрибутивный признак данного вида — создание искусственной среды обитания — дает Человеку Разумному выйти за границы земной атмосферы и — шире — биосферы Земли, тем самым расширяя эту биосферу — в перспективе до Вселенной, как целого, мы с неизбежностью приходим к выводу, что антропогенез — есть первый пример естественной сапиентизации , приводящей к созданию существ с внешней беременностью, социальной формой организации жизни, полиморфных, способных к созданию собственной среды обитания. Представляется естественным отнести таких существ к новому биологическому классу — классу Разумных.

Сергей Переслегин, Николай Ютанов[/cut]

остров Мальта, 4 ноября 2002 года

Обзор некоторых самых необычных горных железных дорог в мире

БАМ. Северомуйский обход. Россия

Обход Северомуйского тоннеля считается, пожалуй, красивейшим участком всего БАМа. Чтобы не превысить максимально допустимый уклон при подъеме на Ангараканский перевал, линия железной дороги вьется узлами по склонам гор, серпантином поднимаясь к перевальному седлу. Там где по прямой поверхности всего 22 км, поезд преодолевает почти 57, поднимаясь и спускаясь почти на полкилометра.
[cut]
Фото: Мусатыча
На обходе можно увидеть несколько уникальных инженерных объектов. Самый знаменитый, несомненно, «Чертов мост» - высокая эстакада на двухъярусных опорах над руслом Итыкита, изогнутая и расположенная в подъеме. При проследовании тяжелых поездов этот мост даже немного раскачивался. Сейчас по обходу ездят только небольшие рабочие поезда (дважды в день) из Таксимо в Новый Уоян и наоборот. Весь остальной трафик – идёт через знаменитый 15-километровый Северомуйский тоннель, самый длинный в России.

Пекин-Лхаса или Шанхай-Лхаса. Китай

Новейшая железная дорога, проложенная через живописнейшие провинции Китая. Самая высокогорная железная дорога в мире. Инженерное сооружение, которое встаёт в один ряд с Великой Китайской Стеной.

Безусловно, наиболее интересная часть пути начинается уже на Тибетском нагорье, где поезд преодолевает перевал на высоте… внимание… 5072 метра! До этого железные дороги ещё не забирались так высоко. Во время проезда по высокогорным областям в вагоны подаётся кислород. Если вы за Свободу Тибета – лучше откажитесь от путешествия по этому удивительному творению китайских мастеров. Тибетцы всегда были против этой железной дороги.

Перевал Мариас. США

Один из наиболее популярных маршрутов в игре Microsoft Train Simulator. Реальная железная дорога в штате Монтана. Перевал был открыт в 1889 году инженером Джоном Франком Стивенсом на пару с индейцем Кунса их племени блэкфутов. Дорога, сложная, в первую очередь, для длинных грузовых составов. Через перевал Мариас проходит и путь пассажирского поезда с внушительным именем «Строитель Империи», который следует из Чикаго в Портленд.

Спираль Рауриму. Новая Зеландия

Железнодорожное чудо новозеландской инженерной мысли. При строительстве главной дороги Северного острова из Веллингтона в Окленд в конце 18 века возникла одна проблема: как преодолеть крутейшие склоны, разделяющие вулканическое плато и долину реки Вангануи. Тогда инженер Роберт Холмс и придумал закрутить в национальном парке Рауриму сумасшедшую железнодорожную спираль с двумя тоннелями, тремя поворотами на 180º и одним полным кругом. И всё это только на 7 километрах дороги!

Уюни-Оруро-Потоси. Боливия



Железная дорога, которой ранее принадлежал рекорд высоты – 4787 метров на перевале Кондор. Начинается это путешествие у огромного солончака Уюни, где находится популярное среди туристов кладбище целых составов с настоящими паровозами на заброшенных путях. Далее дорога, по которой ходят даже не поезда, а отдельные вагоны, поднимается к самому высокогорному городу в мире – Потоси, который находится на высоте 4200 (!) метров. По пути можно увидеть редкое южноамериканское явление - железную дорогу, проходящую прямо посередине оживлённых улиц в городах и посёлках.

Нос Дьявола. Эквадор

Nariz del Diablo – главная достопримечательность эквадорских железных дорог. 100-километровая однопутка, начинающаяся на высокогорье в Риобамбе и спускающаяся в настоящие джунгли в Сибамбе.

Ехать по железной дороге, которая вьётся по склону знаменитого южноамериканского вулкана-шеститысячника Чимборасо, туристы предпочитают на крышах вагонов – оттуда лучший вид, несмотря на очевидные климатические неудобства. Часть дороги в 1997-1998 гг. была разрушена Эль-Ниньо, но её достаточно быстро восстановили. Удовольствие прокатиться на ветхом поезде с горки стоит всего $15.

Источник
[/cut]

Свой остров

Spiral Island был искусственным плавучим островом в лагуне возле Puerto Aventuras, на Карибском побережье Мексики к югу от Cancъn. Его построил британский eco-pioneer Richart (или "Rishi") Sowa в 1998 году. Он наполнил сети пустыми пластмассовыми бутылками, чтобы поддерживать на плаву структуру из фанеры и бамбука, на которую он насыпал песок и высадил многочисленные растения, в том числе мангровые деревья. Это острово уничтожил ураган Эмилия в 2005. Сейчас Sowa строит новый остров в Isla Mujeres, в Мексике.
[cut]
(Выше: старый Спиральный Остров, ниже: новый - строящийся)

Экскурсии на новый СПИРАЛЬНЫЙ ОСТРОВ начнуться 8 августа, 2008 года

На сайте проекта продолжается запись желающих побывать на этом необычном острове, таких на сегодняшний день уже 370 человек

На сайте Spiral Islanders имеются форумы, blog, собрание фотографий и видео, имеющие отношение к строительству и истории острова, а также истории тех кто работал на этом проекте.
< здесь был flash-ролик, но импорт с livejournal.com не позволяет его показать >

< здесь был flash-ролик, но импорт с livejournal.com не позволяет его показать >

[/cut]

Королевский путь

Есть такое место в Испании, называется Caminito del Rey. На высоте 200 метров над рекой на отвесной стене. В 1901 году рабочие начали строить дорогу, которая помогла бы с доставкой материалов для строительства канала, спустя четыре года невероятная конструкция на отвесной стене над рекой была закончена. С 1921 года её называют "Королевский путь", благодаря тому, что испанский король в день инаугурации прошёл по ней от начала до конца.
[cut]


Сейчас дорога находится в полуразрушеном состоянии, хоть и выделены немалые средства из регионального бюджета на её восстановление. Туристам вход и запрещён, но, как сами видите, энтузиасты испытать судьбу, как-то находят путь наверх.
< здесь был flash-ролик, но импорт с livejournal.com не позволяет его показать >



< здесь был flash-ролик, но импорт с livejournal.com не позволяет его показать >









Источник

[/cut]

НЕМЫСЛИМЫЕ ВАРИАНТЫ БУДУЩЕГО

Эти немыслимые, наполненные юмором варианты будущего разработаны на основе бесед в Интернете известного музыканта и футуролога Брайана Эно (Ино) с Кевином Келли и другими членами GBN. Первый раз опубликованы в «Whole Earth Review» в 1992 году.

Обычные люди начинают платить публицистам, пиар становится самой популярной профессией в богатых странах. Жизнь — бесконечная борьба за внимание прессы.

Сексуальные роли поменялись: мужчины красятся, за ними гоняются женщины в плохо сидящих одеждах.

Каждый становится таким циником по поводу самого процесса выборов, что численность электората падает до 2% (родные и близкие кандидатов), пока, в конце концов, «демократический процесс» не преображается в систему лотереи. И тогда все сразу становится значительно лучше.

[cut] Оказалось, что почти все теории заговоров, о которых вы слышали, на самом деле правда. Мир действительно управляется 150 злоумышленниками с совершенно отвратительными наклонностями.

Одновременно выясняется, что между людьми имеются серьезные расовые различия — стереотипы совершенно верны.

Выясняется, что курение полезно как зарядка для легких.

Становится популярным новый вид отдыха: вас выбрасывают с вертолета в совершенно незнакомом месте с двухнедельным запасом провизии и воды. При этом вас убеждают, что в течение всего этого времени вы никого не встретите. На всякий случай есть кнопка экстренного вызова спасателей.

Компании, продающие семена, начинают поставлять пакеты с непредсказуемыми мутантами, которые производятся программами генной инженерии: «Посей и посмотри, что получится!». Пригородные участки покрываются экзотическими цветами и гигантскими огурцами.

Генетические исследования показали, что можно создавать одаренных ученых, великих артистов, тонких лингвистов и великолепных атлетов. Люди умирают от голода, потому что не хватает фермеров, поваров и официантов.

Видеофоны провоцируют новую сексуальную революцию, люди сидят дома, занимаясь друг с другом всякими безобразными делами. Воспроизводство падает, а экраны становятся все больше и больше.

Самоубийство становится не только повседневностью, но и принимается обществом и даже поощряется. Люди выбирают смерть, жить долго считается эгоистичным и старомодным.

Поклонение юности проходит, хирурги-косметологи открывают новый выгодный рынок: они делают пациентам пластические операции для придания лицу морщин и вида людей среднего и пожилого возраста, умудренных опытом, много претерпевших от жизни. Восточная эстетика проникает на Запад; традиционные ценности симметрии и безупречности тела теперь рассматриваются как наивные и неинтересные. Молодые люди Колорадо с совершенными телами и лицами, раньше бесконечно вертевшиеся перед зеркалом, теперь копят деньги, чтобы сделать себе кривой нос или зачернить несколько зубов.

Загар опять рассматривается как признак крестьянского происхождения. Люди начинают закрываться от солнца. Над пляжами строят купола, защищающие людей от ультрафиолетовых лучей.

Учащаются случаи аллергии, и это неожиданно решает транспортные проблемы, поскольку все сидят в своих наглухо закрытых домах. Акции телекоммуникационных компаний взмывают ввысь.

Забытые проекты высотных домов становятся предметом городского шика, переходя из рук в руки по все возрастающим ценам, пока наконец юристы, биржевые брокеры и публицисты (умело представляющиеся членами выселенных групп меньшинств) могут себе это позволить. Размалеванные стены и загаженные лифты ценятся особенно высоко и защищены постановлениями суда.

2010 г.: В Калифорнии впервые избран губернатор-транссексуал. Затрачиваются большие деньги на переоборудование общественных уборных.

Изобретены новые успокоительные лекарства для детей (современный лауданум), которые шутя распродаются крупными фармацевтическими компаниями. Лекарства носят названия «Мистер Сэндмен», «Пора спать» и «Страна Дрёма».

Укрепляется новая концепция «Глобального дарвинизма»: люди дискутируют право человеческого вида избавляться от слабых представителей. Прекращается помощь развивающимся странам. Больницы становятся «центрами оценки жизнеспособности» и отказывают в помощи или прекращают жизнь бедных людей и в случаях безнадежного течения болезни.

В результате появляется новое определение жизнеспособности (основанное на мемах — идеях — скорее, чем на генах). Люди подвергаются изнурительному тестированию (требующему колоссального времени), чтобы проверить подлинность и масштаб своих идей. Новая профессия — меме-инспектор — входит в жизнь.

Школы прекращают учить детей своим обычным «трем Р» [основы обучения (англ. разг.: чтение, письмо, арифметика — в английском произношении все три слова начинаются на «р»)], и вместо этого обращаются к странноватым и противоречивым вопросам «терапии личности». Все вырастают в той или иной степени «с приветом». Весь следующий век напоминает конец 60-х гг.

Большим успехом пользуется новый журнал «Обычные люди», издаваемый почти столетним старцем Студсом Теркелем. В журнале рассматриваются только те люди, которые никогда не совершили ничего особенного, чтобы на них стоило бы обратить внимание.

Возникает новый тип художника: профессиональный обже-трувист (или хранитель народного фольклора) — этот человек занимается тем, что собирает существующие, но избегнувшие внимания любительские произведения искусства и выставляет их на всеобщее обозрение, что придает им значимость. Он подбирает их по своему вкусу.

Первые Био-Олимпийские Игры 2004 года, в которых могут участвовать спортсмены, у которых что-то изъято или добавлено в организм.

Понятие новостей все более трансформируется в то, что создается нашим вниманием и интересом (скорее, нежели истинным положением вещей), новостные шоу представляют собой собрание «умных голов», где четырем интересным умам, занимающимся разными дисциплинами, задают вопрос: «Как вы думаете, что сегодня произошло?».

А потом четырем неинтересным умам, выбранным со страниц журнала «Обычные люди», задают тот же вопрос.

Движение в поддержку жизни делает открытие, что угроза аборта становится на 20% меньше, если женщина соблюдает постельный режим и принимает успокоительные средства в течение первых трех месяцев беременности. Конгресс уступает давлению и принимает закон о принудительном отдыхе. Хождение по магазинам на ранних сроках беременности наказуемо.

Лобби компаний промышленных роботов добивается отмены постановки фильма «Терминатор-9», они возражают против пропаганды стереотипов.

Иисус возвращается на Землю и обвинен в преступлении вместе с монахами из секты флагеллантов «Дело Господнее». Иуда реабилитирован.

Микроб, выведенный для уничтожения пленок разлившейся нефти, начинает пожирать и резину. Возникают транспортные проблемы из-за повреждения шин. Люди меньше выходят из дома и больше занимаются сексом, но презервативы все время рвутся. Население земли удваивается за шесть лет.

Сценарии становятся более точными и убедительными, люди все чаще узнают о возможности неблагоприятных результатов собственных поступков. Вся социальная жизнь оказывается парализованной, утонув в бесконечных оценках чисто негативных условий: «Является ли такое-то действие менее вредоносным, чем это?».

Наступает возрождение путешествия как процесса. Люди оставляют идею «перемещения из пункта А в пункт Б» и начинают разрабатывать (или вновь открывают) культуру путешествия: некое полукочевое существование. Множество людей приобретают высококлассные, оборудованные факсами и модемами модели передвижных домов. Сразу становится признаком низкого положения иметь стационарный дом. Быстрые виды транспорта рассматриваются приблизительно так же, как предприятия быстрого питания — жалкие, нежелательные, фальшивые.

Производители мужского белья наконец осознают, что мужские яички не одинакового размера.

Принц Чарльз обращается в католическую веру, что дает ему возможность уйти от коронации без отречения (теория Антеи).

Телевизионные режиссеры, на которых неизгладимое впечатление произвел феноменальный успех трансляции из зала суда процесса Аниты Хилл/Кларенса Томаса, постоянно изобретают и ставят наполовину суррогатные «процессы», в которых упор делается на эмоциональную сторону вынесения решения. Никто уже не уверен, насколько это фикция, частичная или полная реальность. Такие передачи занимают для интеллигенции место поединков борцов и соревнований роллеров.

Общеизвестное понятие того, что детей следует растить в атмосфере любви, надежности и заботы, претерпевает серьезный кризис доверия, когда становится очевидным, что дети, воспитанные таким образом, совершенно не приспособлены к жизни в жестоком, опасном и ненадежном мире. Просвещенные родители начинают экспериментировать с новыми формами игрушек: они покупают своим детям мишек с острыми зубками и непредсказуемым поведением, кубики с абразивными поверхностями, карандаши со слегка токсичными грифелями, выбирают небезопасные площадки для игр.

Инвалиды наконец-то получают возможность деятельности в качестве операторов роботов. Они единственные люди, готовые потратить огромное количество времени, чтобы отточить четкость действий не в своем теле.

Рабство выходит на новый виток эволюции. Профессионалы, уставшие от ответственности за собственные дела, каждый год уходят в «рабский отпуск», где они занимаются тяжелым трудом без какого-либо вознаграждения и под неусыпным надзором. Это становится мирской разновидностью принятия священных обетов.

Появляется новое искусство. Это попытка воссоздать первый опыт прослушивания старых записей поп музыки через комплексные мультимедийные презентации — точно такое же время суток, то же освещение, те же запахи.

Особенно популярным это развлечение становится среди появляющихся коммун старых людей, которые все последние 30 лет своей жизни проводят, сидя кружком в блаженном тумане травки и записей «Роллинг Стоунз» (идея Стюарта). Большие перемены в образовании: сочетание монетаризма и либерализма порождает новую парадигму, согласно которой школы должны управляться, как успешный бизнес, промышленное предприятие или научно-исследовательский институт. Отсюда результаты:

— Детские умы используются для решения проблем, непредвзятая оригинальность детского мышления покупается флагманами индустрии за большие деньги.

— Производство самых разных товаров: ручная роспись обоев и открыток, примитивистская скульптура и посуда, дизайн одежды и тканей.

— Учителя подбираются (детьми, конечно) на основании их служебных характеристик и возможной эффективности. Они проходят самый жесточайший отбор и перекрестный допрос со стороны детей, своих будущих работодателей.

— Прежняя концепция «абстрактного» (то есть не связанного с реальными задачами) образования действует только в самых отсталых местах старого мира — Англии, Америке и т.д.

— Успешных детей переманивают из школы в школу, за переход требуется платить большие деньги.

— Школы полностью преодолели разграничения по возрастным критериям. Приходят люди всех возрастов и собираются в эффективно действующие группы, работающие для получения прибыли.

— Люди, имеющие большие деньги, дарят своим детям или их школам небольшие «стартовые» компании на Рождество.

Брайан Эно.

[/cut]

Одно счастье на всех

Неутолимая жажда любви может принимать как законные, так и незаконные формы

Жан-Леон Жером (1824–1904) «Терраса сераля». На вторую половину XIX века приходится период увлечения Востоком в Западной Европе. Жизнь гаремов занимает в это время особое место в творчестве французских художников.

Полигамия — далеко не атавизм, пережиток прошлого или страшная средневековая сказка. Многие считают, что брачные отношения с двумя или более женами (полигиния, форма полигамии) встречаются только в исламских странах, но в мировом масштабе многоженство распространено и среди неисламских культур — в более или менее законном виде.
[cut]

Европейские султаны

Западная Европа, изначально демократично настроенная по отношению к мигрантам-мусульманам, столкнулась с проблемой их недостаточной интеграции в социум — они по-прежнему живут по своим правилам. Свод исламских правил — Шариат — позволяет мусульманину иметь до четырех жен, но только в том случае, если он в состоянии их содержать. Мусульмане, приезжающие в Европу, требуют для себя права привозить нескольких жен и все чаще получают такую возможность.

Великобритания, несмотря на формальный запрет многоженства, приняла решение признавать полигамные браки, если они заключены в странах, где такая возможность предусмотрена законом. Департамент Великобритании по труду и пенсиям (The Department for Work and Pensions) объявил о том, что в стране около тысячи мужчин официально проживают с несколькими женами. Среди других стран Великобритания весьма лояльна к мигрантам-мусульманам: она дала убежище десяткам различных исламских религиозных организаций, демонстративно движется в сторону включения мусульман в жизнь страны.

Во Франции многоженство было запрещено в 1993 году, но к 2005 году в стране проживало не менее 20000 полигамных семей, преимущественно выходцев из стран Западной и Южной Африки.

Власти Франции назвали распространение полигамии среди иммигрантских семей одной из возможных причин массовых беспорядков. За счет мигрантов-мусульман увеличивается количество полигамных семей в Норвегии, Германии, Нидерландах и других странах. Общее число мигрантов-мусульман составляет около 3 млн человек во Франции, порядка 3 млн — в Германии, 1,5–1,8 млн — в Англии.

Полиамория и открытый брак

Мусульманские полигамные браки — не единственная форма непарных семейных отношений на территории Европы. Мне известен пример: творческий человек сорока с небольшим лет, художник, арт-директор глянцевого журнала, живет в Барселоне. Обеспечивает безбедную жизнь себе, трем женам и двум детям. Ни на одной из женщин он не женат официально. У каждой жены — своя квартира, всем делаются подарки, разумеется, разные. Все женщины в курсе происходящего и совершенно не против. Скандалов в духе «Ты опять был у нее вчера ночью» не устраивают, совсем наоборот — периодически вместе ездят за покупками и даже пару раз отправлялись дружной компанией в отпуск. Три параллельных семьи «общий муж» считает нормой. В чем-то его позиция напоминает законы Шариата. «Если я готов и могу содержать трех женщин, уделять время и любовь каждой, тогда к чему предрассудки?», — говорит он. Отношения одновременно с несколькими женщинами присутствуют, но назвать героя многоженцем было бы не совсем корректно. Для обозначения таких отношений существует специальный термин — полиамория (polyamory). Полиамория допускает возможность одновременного существования семейных отношений нескольких человек при условии их одобрения каждым участником.

Можно ли найти «золотую середину» между беспорядочными связями и семейной рутиной? Фото (Creative Commons license): stephanie carterЗащитники «нуклеарных семей» (nuclear family) воспринимают полиаморию как узаконенную измену, однако между этими явлениями есть существенная разница. Полиаморные отношения включают более двух человек, каждый из которых знает о других участниках и согласен (что немаловажно!) с такой формой семейной жизни. Полиаморные отношения в некоторых аспектах похожи на моногамные: они часто подразумевают «верность нескольким» (polyfidelity), то есть ни у кого из людей, вовлеченных в полиаморную связь, не должно быть других любовников. Более либеральный вариант предполагает возможность включения «внешних» партнеров. Возможные сценарии полиаморных отношений многообразны: они могут основываться на одной «основной» (или «первичной») семье, в которой один или оба участника имеют любовников, или объединять троих или более людей в полноценную семью, в которой нет «основной» и «вторичных» пар. Состав «семей» может быть практически любым. Встречаются союзы, в которых на одну женщину приходится несколько мужчин (полиандрия).
В определениях, которыми называют подобные союзы, легко запутаться: открытый брак, шведская семья, свинг. Открытый брак предполагает наличие «узаконенной измены», то есть периодических «легких» связей с другими людьми; в то время как полиаморные отношения — постоянная, глубокая эмоциональная связь нескольких людей. Свинг тоже отличается отсутствием эмоциональной составляющей: супружеская пара свингеров практикует сексуальные контакты с другими партнерами, но не вступает с ними в длительные тесные отношения. Полиаморы обычно против случайного секса. Шведская семья — судя по всему, термин сугубо российский, обозначающий европейский вариант полиаморных отношений.
Объединиться, обменяться опытом и понять, что они не одиноки в своих жизненных ценностях, полиаморам во многом помогает Интернет. Успешно функционирует подкаст Polyamory Weekly Podcast о полиамории и смежных вопросах. На базе блог-сервиса «Живой журнал» работает сообщество приверженцев подобных отношений. И это не единичные случаи: существует множество тематических информационных ресурсов.

Непарный домострой

Россия, несмотря на запрет полигамии и в российском законодательстве, и в
православной традиции, не исключение по части полиаморных отношений. С августа 2006 года и в российской зоне ЖЖ существует коммьюнити приверженцев полиамории, полигамии и открытого брака. Есть пример подобных отношений и среди моих знакомых — семья из четырех человек: папа, две мамы и дочка. Живут все вместе, муж женат на матери ребенка — она появилась в его жизни раньше «второй жены». Со слов участников, никаких проблем в отношениях нет, кроме одной: трудно объяснить школьным учителям, что кроме мамы есть ещё «мама Оля».
Есть в России и мусульманские полигамные семьи. Они распространены преимущественно среди кавказских мужчин (ингушей, дагестанцев) и арабов. В поддержку полигамии неоднократно высказывались российские политики. В июле 1999 года тогдашний президент Ингушетии Руслан Аушев разрешил в республике многоженство (указ Аушева), однако действие указа было приостановлено Борисом Ельциным как противоречащее российскому Семейному кодексу. Призывал узаконить многоженство в Российской Федерации Владимир Жириновский. В 2000 году он внес на рассмотрение проект закона, позволяющий мужчине иметь до четырех жен, при обязательном согласии всех имеющихся супруг на каждый новый брак. В 2006 году в СМИ развернулась бурная дискуссия после выступления Рамзана Кадырова за введение многоженства в Чечне. Кадыров мотивировал необходимость полигамии для чеченского народа демографическим фактором: «В Чечне это необходимо, потому что у нас война, у нас, по статистике, больше женщин, чем мужчин». О российской полигамии говорил Борис Немцов: «Миллионы мужчин у нас имеют несколько жен. Жены гражданские, ведь юридически их нельзя оформить. Назрел вопрос: мы готовы узаконить то, что уже есть?»

Полигамия в животном мире — совсем не редкость. Фото (Creative Commons license): Brian ScottПо данным последней переписи населения в России на 100 мужчин приходится 115 женщин, доля женщин у нас — одна из самых высоких в Европе. При этом число замужних женщин превышает число женатых мужчин на 65000 человек, что может свидетельствовать как о полигинии, так и о желании некоторых женщин считать себя замужними, в то время как их «мужья» называют себя холостыми. Аналитический Центр Юрия Левады (Левада-Центр) в феврале 2008 года провел опрос 1000 россиян на тему моральной приемлемости в их жизни различных явлений, в том числе многоженства. Морально приемлемым многоженство считают 16% опрошенных, резко отрицают многоженство — 61% (сравните с 90% американцев, выступающих против полигамии).

«Отколовшиеся» мормоны

Практика полигамных семей получила довольно широкое распространение среди американских протестантов времен «эпохи пионеров». Но уже в середине XIX века они оказались вне закона, однако борьба с подобной практикой по-прежнему актуальна. В Техасе не первый год идет расследование деятельности Церкви Иисуса Христа Святых последних дней (Fundamentalist Church of Jesus Christ of Latter Day Saints, FLDS). Краеугольным камнем в очередной раз стало многоженство и жесткое обращение с детьми. Несколько десятков мужчин обвиняют в изнасиловании несовершеннолетних. Судебное разбирательство может окончиться для обвиняемых пожизненным тюремным заключением. После осады техасского ранчо FLDS с 3 по 8 апреля и начала беспрецедентно крупного процесса многоженцы опасаются новых действий со стороны властей.
Фундаменталистская церковь Иисуса Христа Святых последних дней была создана в 1835 году бывшими членами Церкви Мормонов, недовольными отказом этой религиозной организации от практики многоженских браков. Полигиния считалась основным догматом мормонской веры и необходимой составляющей спасения человека, о чем лидеры мормонов неоднократно получали «откровения». Считалось, что мужчине для спасения необходимо не менее трех жен. Роль женщины в мормонской церкви — послушание и почитание мужа. «Требовать от них отказа от веры в полигамию равносильно требованию, чтобы они отказались от всей своей веры и признали свое священство ложью», — заявил в 1865 году Бригам Янг (Brigham Young, 1801–1877), второй глава мормонов.
Однако такая позиция не согласовывалась с американскими законами: многоженство в США было запрещено. Ситуация осложнялась тем, что Федеральное правительство долго отказывало Юте (в городе Солт-Лейк-Сити на территории Юты находится центр мормонской церкви) в статусе штата, а вместе с этим и мормонам — в праве участвовать в политической жизни США. Четвертому руководителю мормонов, Уилфорду Вудраффу (Wilford Woodruff, 1807–1898), как нельзя вовремя явилось откровение о том, что многоженство среди адептов церкви необходимо отменить, и в 1890 году мормонами был принят Манифест, прекращающий практику полигинии. Усилия не прошли даром: в 1896 область вокруг Солт-Лейк-Сити была присоединена к США как штат Юта.

Американская карикатура конца XIX века «12 жен Бригама Янга оплакивают его смерть в супружеской постели». Бригам Янг возглавлял Церковь Иисуса Христа Святых последних дней с 1847 по 1877 год и за свою жизнь был женат 50 раз. Гравюра: Joseph Ferdinand Keppler из архива Библиотеки Конгресса США Несколько групп мормонов, как водится, отделились от основной церкви. Церковь Иисуса Христа Святых последних дней — крупнейшая из них. В настоящее время FLDS насчитывает от 6000 до 11000 своих последователей в штате Юта и около 1000 — в Канаде. Её штаб-квартира находится в Техасе, на ферме «Стремление в Сион» (Yearning for Zion). Название ранчо отсылает к одноименной песне, сочиненной нынешним лидером FLDS Уорреном Джеффсом (Warren Jeffs). С осени 2007 года Джеффс отбывает десятилетний срок в тюрьме за «соучастие в изнасиловании». Он принудил 14-летнюю девочку выйти замуж за её 19-летнего двоюродного брата.
Несовершеннолетние девочки, жители фермы, в 13–14 лет вступают в «духовные браки» со взрослыми мужчинами-членами FLDS, что на поверку оказывается сексуальным насилием. «Мужья» принуждают девочек к интимной близости и избивают их. Среди девушек, вывезенных полицией с фермы, многие беременны или уже c маленькими детьми. «К женщинам относятся как к собственности. Это ветхозаветная система: женщины всего лишь имущество, и дети тоже» — говорит одна из женщин, бежавших с фермы. Члены секты считают, что восстанавливают ветхозаветное многоженство.

Трудная любовь

Конгресс США выпустил закон (Edmunds Bill), запрещающий многоженство, в 1882 году. Совместная жизнь более чем с одной женщиной описывалась в нем как «преступление» и «незаконное сожительство». Осужденные по этому закону лишались избирательных прав и государственных должностей. В 1887 году карательные меры были усилены: стала возможна конфискация имущества многоженцев. В настоящее время многоженство по-прежнему запрещено во всех пятидесяти штатах Америки. Согласно результатам исследования Gallup июня 2007 года, 90% американцев против полигамии. Между тем, пока малочисленные сторонники полигамии могут дать начало массовому движению за легализацию этого явления в ближайшие 15–20 лет, особенно на фоне борьбы за права гомосексуальных пар, предупредил Питер Спригг (Peter Sprigg), старший директор Центра исследований брака и семьи (Center for Marriage and Family Studies).
Губернатор штата Юта Майк Ливитт (Mike Leavitt) уже в 1998 году предположил, что американцы имеют право на многоженство в соответствии с Первой поправкой к Конституции. В 1986 году появилась религиозная организация Centennial Park Action Committee, лоббирующая отмену уголовных наказаний за многоженство. Выступали за пересмотр законодательства члены FLDS. В Колорадо выходит журнал Loving More, основанный в 1991 году одноименной организацией. В 2006 году кабельным телеканалом HBO запущен сериал «Большая любовь» (Big love). Главный герой — бизнесмен, у него три жены и семеро детей, все они живут по соседству, в трех одинаковых домах. Муж составляет расписание, по которому проводит время с каждой из трех спутниц жизни. Словом, американское движение в поддержку многоженства набирает обороты.

Восемь осужденных из штат Юта отбывают наказание за многоженство (1885). Фото: John P. Soule. из архива Библиотеки Конгресса США

Сторонники полиамории и полигамии приводят в свою пользу множество доводов. Начиная с многочисленных исследований полигамии у животных, в том числе обезьян бонобо, на 98% схожих с человеком на генетическом уровне, до влияния полигамии на здоровье. В исследовании, проводимом на факультете ботаники и зоологии Австралийского национального университета (Australian National University) под руководством профессора Эндрю Кокбурна (Andrew Cockburn), на основании результатов эксперимента над темной широкостопой сумчатой мышью (Antechinus swainsonii) делается вывод о том, что полигамные женщины имеют больше шансов на здоровое потомство. А профессор психологии Университета штата Миссури в Канзас-Сити (University of Missouri–Kanzas City) Терри Конли (Terri D. Conley) считает, что у приверженцев полигамных отношений меньше риск заражения венерическими заболеваниями.
Западный учитель буддийской школы Карма Кагью, первый европейский ученик Кармапы XVI, датчанин Лама Оле Нидал (Lama Ole Nydahl) регулярно говорит о возможности отношений с несколькими партнерами в том случае, если это никому не доставляет вреда. «Если мы используем свое тело для того, чтобы приносить другим счастье, мы создаем хорошую карму», — говорит он. Сам Лама Оле длительное время был в близких отношениях с двумя женщинами — со своей женой Ханной и Кати Хартунг, которая путешествовала с Оле, когда Ханна была занята. В задачи буддизма не входит жесткое регулирование семейных и сексуальных отношений своих последователей, поэтому в решении вопроса, допустима ли законная форма полигамных отношений, каждый буддист полагается на личный выбор и культурные особенности той местности, в которой он живет. В этом контексте в 2006 году выступил Санжей-лама, представитель традиционной буддийской сангхи России в Москве. Вопрос отступления от моногамии является «не религиозным, а бытовым. Мы, буддисты, этого не поддерживаем и не осуждаем. Это нас не касается», — сказал он.
Заметна тенденция к тому, что один человек уже не может удовлетворять всем потребностям другого, и это приводит к увеличению открытости людей друг другу, — заявляет Даниель Дюпласи (Danielle Duplassie) из Университета Британской Колумбии (University of British Columbia). И с ним соглашается российский психолог Максим Леви: он считает, что в основе полигамии лежат познавательная потребность и потребность в самоактуализации, «то есть обретение смысла жизни, максимальное раскрытие собственных возможностей, и многоженство тоже отвечает этой потребности, потому что подтверждает нашу компетентность, состоятельность».
А профессор Чикагского университета (University of Chicago) Гэрри Беккер (Gary Becker), приводя аргументы в пользу полигамии, замечает: «В действительности, многоженство будет достаточно редким явлением в современном обществе, даже если его полностью разрешить. Полигиния была популярна в прошлом, когда мужчины стремились иметь много детей. Сейчас она больше не нужна, так как редкие семьи хотят иметь больше трех детей, количество, легко достигаемое и с одной женой. Замечу, что многоженство становится редким даже в тех мусульманских странах, где оно разрешено, например, в Иране».
Права и интересы человека выходят на первый план, соответственно меняют свою форму и семейные отношения. Миллионы людей занимаются поиском такой формы семьи, которая подходит именно для них. И поиск этот, видимо, не самый легкий.

Антонина Захарова, 13.05.2008

[/cut]